«Мой район»: как благоустройство изменило спальные районы Москвы и что об этом думают жители
Москва долгие годы жила с ощущением, что есть «центр» и есть «периферия». Первый — с отреставрированными фасадами, брусчаткой и кофейнями. Второй — с вытоптанными газонами, разбитыми качелями и вечной дорогой до работы. Программа «Мой район», запущенная в 2018 году, обещала стереть эту границу. Спустя годы можно честно посмотреть, что получилось — и, что важнее, что об этом говорят сами москвичи.
От «Моей улицы» к «Моему району»: смена оптики
Сначала была «Моя улица». Программа, которая прошла по центральным магистралям, расширила тротуары, спрятала провода под землю и превратила исторический центр в открыточную картинку. На неё потратили более ста миллиардов рублей за три года . Результат — красивый, но спорный. Горожане справедливо замечали: что толку от брусчатки на Тверской, если во дворе на окраине — та же яма, что и десять лет назад?
«Мой район» стала ответом на это противоречие. Если «Моя улица» работала с фасадом города, то новая программа пошла во дворы, в спальные кварталы, туда, где люди живут, а не гуляют. Мэр Сергей Собянин сформулировал задачу просто: сделать так, чтобы не было «престижных» и «непрестижных» районов . Не просто «благоустройство», а комплексный подход: транспорт, поликлиники, школы, парки, площадки — всё, чего не хватает в конкретном месте .
И главное отличие: программу собирали не в кабинетах, а из наказов жителей. Волонтёры ходили по квартирам, собирали пожелания, и на их основе составляли планы для всех 146 районов Москвы .
Что изменилось на самом деле: цифры и примеры
За 2025 год работы велись более чем на 3,7 тысячи городских объектов, и свыше 70% из них пришлись на районы за пределами центра . Это принципиальный момент. Программа действительно пошла на окраины.
Дворы. Только в 2025 году благоустроили около 2,4 тысячи придомовых пространств . В Тверском районе, например, обновили 17 дворов — с игровыми и спортивными площадками . В Ясеневе появился спортивный кластер и детская площадка в виде дирижабля . В Куркине — новые пространства для спорта и игр на улицах Родионовская и Соловьиная Роща .
Спорт на улице. Отдельная история — тренажёры во дворах. Депутат Мосгордумы Александр Козлов называет это «большим достижением программы»: впервые в каждом уголке города массово появились площадки с тренажёрами в шаговой доступности . Спортсмены на улицах стали привычным делом, и это визуально изменило районы.
Собачьи площадки. Мелочь? Для владельцев собак — нет. В Тверском районе на Лесной улице сделали пространство для выгула и дрессировки с барьерами, тоннелями и горками . В Якиманке — новую площадку с тоннелем и кольцом . Раньше за таким приходилось ехать в соседний район.
Народные тропы. В Солнцево жители улицы Родниковая годами ходили к поликлинике и остановке через грязь и бурьян. Активисты движения «Мой район» добились финансирования из районного бюджета — и летом 2024 года на месте тропы появилась асфальтированная дорожка . Сейчас по той же схеме благоустраивают ещё три тропинки в Ново-Переделкино. Это, пожалуй, самый честный пример того, как программа работает: не сверху вниз, а снизу вверх.
Капотня. Самый показательный проект сезона. Некогда один из самых неблагополучных районов столицы, с заболоченными берегами Москвы-реки, пережил крупнейшее комплексное благоустройство . Именно такие места меняют представление о том, что «окраина» — это приговор.
Что говорят жители: не только благодарности
Социология фиксирует высокий уровень поддержки: 79,9% москвичей считают, что программу нужно продолжать . Но за этой цифрой — живая, неоднородная картина.
«Наконец-то дошло до нас». Это, пожалуй, самый частый отклик. Жители спальных районов годами чувствовали себя пасынками города. Когда во дворе появляется нормальная площадка, а от дома до поликлиники — асфальт, это меняет не только быт, но и самоощущение. Ты перестаёшь быть жителем «второго сорта».
Тревога о том, что будет дальше. В Версии приводят опасения жителей: не превратится ли хорошая идея в «бесполезное мероприятие», когда деньги освоят, а результат окажется косметическим . Пример с сиренью на Краснобогатырской улице — показательный: кусты вырубили «по старости», заборчик спилили как «морально устаревший», а в итоге под окнами — вытоптанная земля и транзитный проход . Люди понимают: благоустройство — это не только новая плитка, но и то, как пространство живёт после того, как уехала техника.
Что просят сами. На сайте «Мой район» и на портале Собянина жители продолжают оставлять заявки. В Южном Чертанове просят благоустроить Битцевский парк — одну из крупнейших зелёных зон Москвы, которая до сих пор в запущенном состоянии: щебёнка вместо асфальта, мало скамеек, нет освещения . В Нагорном районе за последние годы открыли семь маршрутов наземного транспорта, станцию БКЛ, офис «Мои документы», центр долголетия и реконструировали Москворецкий рынок . Это уже не дворы — это полноценная инфраструктура района.
За пределами двора: транспорт, парки, «Мой район» как экосистема
«Мой район» — это не только лавочки и качели. Программа работает в связке с транспортом, реновацией и развитием общественных пространств.
Реновация меняет не только дома, но и среду. Более 226 тысяч москвичей уже переехали или переезжают в новые квартиры . В новых кварталах — обустроенные дворы, детские площадки, зоны воркаута, а первые этажи отданы под магазины и кафе, что создаёт рабочие места рядом с домом . Это прямой удар по старой проблеме спальных районов: «здесь негде работать, приходится ехать в центр».
Транспорт. Станция БКЛ в Нагорном, новые маршруты наземного транспорта, планы по станции «Гольяново» Арбатско-Покровской линии — всё это часть той же логики: сделать районы не «спальными», а полноценными.
Парки. В 2026 году запланировано благоустройство 11 общественных пространств и парков, включая Коломенское, Сокольники, первые этапы Мнёвниковской поймы и Гребного канала . Набережные Москвы-реки — отдельная история: с 2011 года обновили 64 набережные общей протяжённостью 108,6 км . Южный маршрут теперь связывает Садовое кольцо с Нагатинским затоном и Коломенским непрерывной прогулочной зоной.
Так изменилось ли что-то по-настоящему?
Ответ зависит от того, с чем сравнивать. Если с началом 2010-х, когда слово «спальный район» было синонимом слова «уныние» — да, изменилось радикально. Дворы, площадки, спорт, освещение, собачьи зоны, дорожки — это не пиар, это физическая реальность, которую можно потрогать.
Если сравнивать с идеалом — работы ещё много. Битцевский парк всё ещё ждёт благоустройства . «Народные тропы» в Солнцево пришлось пробивать через общественные инициативы, а не через плановые бюджеты . Где-то новая плитка соседствует с вытоптанным газоном, а новая площадка — с отсутствием парковки.
Но главное изменение, возможно, не в асфальте и не в тренажёрах. Оно в том, что само понятие «мой район» перестало быть ругательством. Когда житель Капотни, Бирюлёва или Некрасовки говорит «мой район», он всё чаще вкладывает в это не иронию, а принадлежность. И это, пожалуй, самый честный индикатор того, что программа работает — пусть не идеально, пусть с ошибками, но работает.
Комментарии